MARVEL UNIVERSE: Infinity War

Объявление

Доброго времени суток, добро пожаловать на форум "Marvel Universe: Infinity war", созданный по мотивам комиксов Марвел. Отправной точкой сюжета служат события ограниченной серии комиксов "Гражданская война", повествующей о начавшемся расколе в обществе вследствие принятием правительством США Акта о регистрации супергероев.

Время в игре: октябрь, 2014 год
Место действия: Уэстчестер, Нью-Йорк, Вашингтон [США]
СЮЖЕТНЫЕ КВЕСТЫ

Episode #3 «Acceptance» [Grant Ward]
Episode #4 «Danger»
[Remy LeBeau]

В связи с обновлением оформления личного звания, просим всех посетить тему ОФОРМЛЕНИЯ ПРОФИЛЯ!
Газеты пестрят заголовками о новой должности Тони Старка - теперь он глава ЩИТа. Инициатива 50 штатов набирает обороты, переходя к своей решающей фазе, настало самое время выбрать сторону для тех, кто еще не решился на этот шаг. О Стивене Роджерсе, бравом лидере Сопротивления, по-прежнему ничего не слышно, а нейтралитет Людей Икс готов пошатнутся со дня на день: пора принимать решительные меры, но готовы ли их лидеры к таким решениям?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MARVEL UNIVERSE: Infinity War » Front line #12–21 » you make me wanna die [октябрь, 2015]


you make me wanna die [октябрь, 2015]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

you make me wanna dieYou expect me to cry? Scream? Say, ‘dear God, why me?’ That’s not me.
Эмма засиделась над конспектами до позднего вечера и не ожидала, что ее будет кто-то беспокоить в такое время. Особенно бравый лидер Людей Икс собственной персоной.
https://33.media.tumblr.com/c5a56e86bd558b28cf8a0eae1b0e385a/tumblr_nsmym7oYat1ucu575o8_250.gif
https://33.media.tumblr.com/fdd35c3b9dbd3f32f166532b49a7469f/tumblr_nsft04zViT1rwbssqo5_250.gif

Участники: Emma Frost & Scott Summers
Дата и место событий: одна из аудиторий Института, вечер, начало октября, Институт Ксавье, США.

0

2

Вроде бы все шло своим чередом. Вроде бы даже так, как должно быть. Скотт знал, что многие считали их свадьбу с Джин непозволительной роскошью в свете происходящего, пиром во время чума на фоне событий в мире, но он также знал, что время никогда не будет правильным. Сколько лет они уже вместе? Даже страшно считать, и неужели до этого им не приходило в голову принести эти заветные клятвы? Мешали обстоятельства, вечно время было неподходящим, а потом она умерла. Жизнь слишком коротка, чтобы ждать подходящего момента, и Грей знала это лучше других. После своего возвращения она думала, что не может себе позволить растрачивать отведенное ей время на пустые сомнения, и Саммерс понимал, что должен ее поддержать, дать ей то, ради чего она вернулась. Сейчас сама по себе мысль о том, что момент никогда не бывает подходящим и ждать какого-то знамения свыше, нужных обстоятельств, или чего бы то ни было еще, казалась ироничной. Изменилось его семейное положение, но все остальное осталось прежним, включая и неразрешенные дилеммы. Зародившиеся чувства к Эмме тоже никуда не исчезли. Слова «согласен» и священные клятвы, к сожалению, не стали тем самым волшебным заклинанием, избавившим Скотта от бессонных ночей и все тех же вопросов, на которые он долгое время не хотел давать ответы. Мужчина не ожидал, что уже сегодня к нему придет какое-то странное, совершенно несвойственное ему чувство смирения и фатализма, с которым он мысленно расставил все точки над «i». То, что он испытывал к Фрост не было простым влечением, кризисом среднего возраста, банальной человеческой страстью, вспыхнувшей к привлекательной и недоступной женщине, какой на первый взгляд была для него Белая Королева. Скотт не был ловеласом, ему было тяжело влюбиться, и он был не из тех, кто изменяет жене, даже если определенные события говорили не в его пользу. Их разрыв с Мадлен и его последующее воссоединение с Джин трудно назвать изменой с вытекающими последствиями, все было сложнее. Все было совсем не так, и Циклоп так говорил себе в кои-то веке не потому, что пытался оправдать себя в своих же собственных глазах. Теперь он знал, что это правда, и неважно, что говорят, или думают другие. Кто-то мог бы спросить: зачем он женился на одной, если думает о другой? Но был ли на самом деле у него шанс? Мог ли он все бросить? Дело было не только в его долге перед Джин, в их чувствах, которые до этого момента прожили столько лет. Не только в этом. Фрост сама говорила ему, что рано или поздно, он все равно поступит так, как правильно. Что он должен примириться с Джин, вернуть то, что у них было, стать прежним лидером для Людей Икс. Скотт это и сделал. Поступи он иначе, пошатнулись бы не только чужие ожидания и идеалы, но и их команда. Люди Икс и так уже перестали ею быть, грядущая война заставляла каждого задуматься о том, на что он готов пойти, чтобы в ней не погибнуть? Нейтралитет никогда не может быть единогласным, всегда найдется тот, кто окажется сторонником радикальных мер, и надо признаться, Саммерс понимал их, но как капитан не мог принять такую позицию. Пока. Нельзя было позволить команде развалиться еще и на почве личных конфликтов, хватало уже только присутствия Мадлен и Нейтана. Их противоречия с его бывшей женой вроде бы остались позади, но в глазах окружающих эта неловкая ситуация выглядела, по меньшей мере, странно. Не говоря уже о профессоре Ксавье, который почти открытым текстом сказал Скотту, что он может делать, в принципе, все, что угодно, главное, чтобы Джин не узнала, ведь она – носитель силы Феникса, кто знает, на что она способна.  Мнение Циклопа об этом человеке, которого он когда-то считал великим, начинало меняться с каждым днем, и далеко не в лучшую сторону.
Так вот, что же оставалось им с Эммой, если вообще существовало «мы» в их отношении? Он не мог ничего ей предложить, и они оба понимали, чем бы все обернулось. Дело не в его нерешительности, или неумении вовремя сделать выбор. Да что об этом рассуждать, когда со дня его свадьбы Фрост либо его избегала, либо их разговоры в мгновенье превращались в ссору, зачастую и на пустом месте. Он чувствовал, что им словно бы неловко в обществе друг друга, но это было не все. Саммерс не помнил, чтобы Белая Королева когда-то так на него злилась, причем не только на него, а вообще. Но они должны были поговорить, и ведомый этой странной решимостью, мужчина очутился у одной из аудиторий, в которой Эмма вела уроки. Как и он, блондинка любила засиживаться допоздна, и в ее случае Скотт не мог с точностью сказать: была ли она таким трудоголиком, или, порой, как и он сам, пыталась таким образом сбежать от того, о чем мечтала никогда не думать.
- Надеюсь, у тебя есть пара минут, - серьезно начал Саммерс, аккуратно прикрывая за собой дверь. Он предусмотрительно не стал начинать фразу со слов «надеюсь, я тебе не помешал», прекрасно зная, что Фрост не упустит возможности для едкого сарказма, с первых же слов указав капитану, что ему здесь не рады. Разумеется, она и так это сделает, но Скотт не хотел упрощать для нее задачу. – Я конфисковал у Келлера это, - мужчина поставил на стол бутылку довольно дешевого виски. – То, что он уже совершеннолетний не дает ему права распивать крепкие спиртные напитки в стенах Института. Я должен поставить тебя в известность как его куратора и преподавателя этики, - почему-то Циклопу казалось, что нельзя просто так прийти без формального предлога, или как будто бы при его наличии выставить его за дверь будет сложнее, хотя и понимал, что это глупо. – Но на самом деле я совсем не об этом хотел поговорить. Ты не можешь постоянно злиться на меня, а я не могу делать вид, что все дело в наших разных взглядах на преподавание, ситуацию в мире, на все вокруг, потому что это не так. Нам надо поговорить, и я буду очень признателен, если ты не будешь читать мои мысли и позволишь мне сказать, - в последний их разговор Скотт сказал, что такая женщина как Эмма достойна быть только единственной. Что ж, он не отказывался от своих слов, но мир не делится на черное и белое, ты ведь сама это говорила.

+1

3

I will not wait here
And waste my whole life
With my last goodbye

Больше, чем злость. Так можно было охарактеризовать состояние Эммы в последние несколько месяцев. Акт о регистрации, назначение Старка главой Щ.И.Т.а, постоянные стычки среди студентов, да и среди преподавателей, возвращение Кристиана, а затем и Адрианны. Появление Мадлен Прайор в Институте вместе с сыном, что подвергало риску всех, так как они шли в комплекте с Натаниэлем Эссексом. Фрост готова была сорваться в любой момент, что для преподавателя этики было непозволительной роскошью, а для директора тем более. Но главной причиной, конечно же, стала свадьба Скотта Саммерса и Джин Грэй. Сомневалась ли Белая Королева, что бравый лидер Людей Икс сделает именно такой выбор? Нет, Циклоп всегда поступает правильно, хотя и забывает – его разум открытая книга. Было ли уязвлено женское самолюбие? Эмма солгала бы, сказав нет, но и страдающей женщиной, блондинка уж точно не собиралась быть. Любой в стенах школы понимал – Скотт и Джин обязательно поженятся, предстанут перед всеми идеальной парой, эдакие родственные души, союз, составленный на небесах. Такие язвительные фразы слетели с языка Фрост, когда она уже достаточно была подпитана бурбоном и черным юмором Логана. Но телепатка знала, что именно так все закончиться, потому «роману в голове Скотта Саммерса» не было дано продолжение. В итоге Циклоп поступает правильно, а Эмма все равно злая ведьма в глазах общественности. Великолепно, как не поступи она тогда, в выигрыше все равно никто бы не оказался.
Погрузившись в работу и тренировки Хулиганов, женщина ни на что другое не отвлекалась. В том числе на попытки Скотта поговорить. Она больше не была его терапевтом, да и в статусе директоров, их редко можно было увидеть в одном помещении. Не смотря на внешнее спокойствие и надменный вид, даже Эмма Фрост могла себе позволить быть женщиной, особенно когда все пошло не так, как хотелось. Проблема была лишь в том, что она и сама до конца не понимала, как должен был поступить Саммерс, что бы все были довольны. Всегда кто-то страдает, кто-то остается лишним, кто-то поступает правильно, а кто-то обречен, принимать неверные решения.
Из-за семейных проблем в лицах Кристиана и Адрианны, Фрост вновь вспомнила, что такое алкоголь. Хотя, став директором Института Ксавье, женщина отказалась от всех вредных привычек. Теперь обвинять Логана в распитии алкогольных напитков было, по меньшей мере, лицемерно. Хотя, именно в этом ее обвиняли. В постоянной лжи и притворстве.
- Если бы мне, давали доллар, за каждый запрещенный предмет, изъятый у Джулиана, я бы уже стала миллионершей. Ах да, я же итак миллионерша. – отрываясь от конспектов, саркастически заметила блондинка. Вот таким было ее поведение при каждом появлении Скотта Саммерса. Гадости сыпались непроизвольно, а от тона веяло холодом. Он прав, Эмма не могла постоянно злиться. Она и не злилась. Она была в ярости. – О, мистер Саммерс, у вас прекрасно, получается «делать вид». Не знаю, как вам это удается в обществе телепатов. – особенно в обществе жены и бывшей жены, едва не добавила Фрост, но на удивление сдержалась. Хотя, это еще не означало для Циклопа ничего хорошего.  – А если ваш разговор не касается дел Института, то нам не о чем говорить. Как видите, я очень занята и не могу отвлекаться на бесполезные разговоры. – носи Белая Королева очки, она бы их надела и вернулась к проверке домашнего задания, но увы, так поступить блондинка не могла, потому перевела взгляд на Саммерса с скучающим выражением лица.

+1

4

К этому моменту Скотт уже достаточно хорошо знал Эмму, чтобы понимать – можно позабыть о слове «просто». У них не получится просто спокойно поговорить, и она не может просто так выслушать его без излишнего сарказма и подчеркнутой формальности.
- Сарказм здесь не уместен, ты прекрасно знаешь, что Джин никогда не станет читать мои мысли, а с Мадлен у нас не те отношения, чтобы ее волновало то, о чем я думаю, - хотя едва ли Фрост требовались эти объяснения, но капитан считал необходимым прояснить ситуацию. С другой стороны, даже если бы ситуация не была бы столь благоприятной при таком наличии телепатов, вряд ли Саммерс смог бы заставить себя не думать о том, что его жене знать не положено. Контролировать свои мысли слишком сложно, и нечто настолько личное не доверишь Кукушкам, которые охраняли другие его мысли и планы на будущее, касающиеся всеобщего благополучия и прочих глобальных планов. Все его встречи с мэром Сан-Франциско, с трудом добытые чертежи и планы «Утопии» - старой и позабытой резиденции Магнето – все это было спрятано где-то далеко в его подсознании, закрыто мощным телепатическим блоком, который сложно заметить тому, кто просто «случайно» решит прочитать твои мысли, не пытаясь найти в них что-то конкретное. Конечно, для Джин, профессора и Эммы такой блок не стал бы преградой, но первым двоим копаться в его голове было просто не нужно, а Эмма... Скотт был уверен, что она просто больше не заинтересована в его мыслях. – Все-таки придется отвлечься, - безапелляционно заявил Циклоп, взяв стопку конспектов и отложив их на край стола. Обычно он не вел себя так бесцеремонно, хотя терпение никогда не было его сильной стороной, но манеры, во всякое случае, его никогда не подводили. Порой ему казалось, что Фрост словно выворачивает его наизнанку, заставляя показывать те нелицеприятные качества, которые он даже сам не знал, что у него есть. Более того, ему это нравилось.
Он занял стул напротив Эммы, и теперь их разделял ее письменный стол. Из соображений, что разговор, возможно, затянется, Скотт решил, что так будет удобнее, и потом, он не какой-нибудь там студент, поэтому может осмелиться и не спрашивать разрешения занять место напротив.
- Все изменилось после моей свадьбы. Я понимаю. Но я сделал то, что ты говорила. Ты сама говорила, что я должен помириться с Джин, стать прежним лидером команды. И я сделал это. Как пациент, я реализовал то, что от меня требовалось, но нас связывали не только эти формальные отношения, именно поэтому все…так. Поэтому ты не хочешь со мной разговаривать, - Скотт перевел дыхание, откидываясь на спинку стула. Все слова казались неправильными, глупыми, он представлял этот разговор совсем иначе, как, впрочем, обычно и бывает. Заготовленные речи никогда не срабатывают, и в отличие от миссией и тренировок, тут нет протокола, которому можно следовать. Нет каких-то правил, с чего стоит начать и как себя вести, что сказать, какие слова будут правильными. В глазах Фрост любые слова будут неправильными. – Мне тяжело…почувствовать что-то к кому-то, - Саммерс не мог сказать «влюбиться», не сейчас. – И я не из тех, кто будет изменять своей жене в поисках разнообразия или поддавшись моменту слабости, ты знаешь это. Я сделал то, что был должен сделать, но ничего не изменилось… То, что я испытываю к тебе. Ты можешь считать меня слабым, злиться на меня, но из нас двоих хотя бы у меня хватило сил признать очевидное, - ничем хорошим это не закончится, Скотт знал. Верил ли он, что его слова это изменят? Нет. Эмма казалась ему слишком упрямой и категоричной, и Гамбит бы сказал, что вся проблема в том, что она была женщиной, и не стоит ожидать чего-то другого.

+1

5

they know you walk like you're a god, they can't believe I made you weak;

Мужчины в Институте Ксавье явно не дружили с головой. А мужчины с фамилией Саммерс уж тем более. Иногда Эмме казалось, что она попала в какую-то теленовелу, стала главной героиней, затянувшегося сериала. Но на все это был хороший ответ. Бурбон. С жидкостью янтарного цвета, подобные проблемы казались мелочными, а когда и он не помогал, алмазная форма спала женщину от излишней эмоциональности людей в стенах школы. Но одно дело студенты с их гормонами и постоянными ссорами, а другое дело Скотт. Меньше всего, Белой Королеве вновь хотелось копаться в голове лидера Людей Икс, погружаться в эти мысли, сопереживать, проникаться чувствами. Она не зря отказалась продолжать их сеансы. И все-таки выкинуть Скотта Саммерса из своей жизни, оказалось не так просто. Посмотрите на Грэй, она кажется, на том свете оказалось, вроде бы – вот она свобода, но нет, все те же пресловутые чувства к Саммерсу вернули рыжую  к жизни. Просто таки очередной сюрреализм или шикарный поворот в их большом сериале.
Фрост внимательно слушала Саммерса, не смотря на огромное желание закрыть уши и начать напевать дурацкую песенку себе под нос. Да, до безумия детское желание, но никогда не говорил про рациональные поступки. Все, что касалось ее «отношений» с Саммерсом было иррациональным и даже сама Эмма не могла найти всему этому объяснение.
- Да ты, должно быть, издеваешься, Саммерс! – женщина в секунду отбросила всю свою напускную формальность, все эти «вы» и «мистер Саммерс» и резко поднялась на ноги. Лицо телепатки пылало, не стоит говорить про глаза, которые убивать не могли, но в данный момент, кажется, все-таки могли. Несколько секунд, женщина прожигала взглядом Циклопа, потом перевела дыхание и вновь сел, положив руки на стол, Фрост закрыла глаза. – То, что ты испытываешь ко мне? Сделал, то, что я говорила? У тебя хватило сил признать? – голос ее был на удивление спокойный и можно даже сказать ровный. Белая Королева не кричала, не стучала кулаками по столу, даже не запустила бутылку, конфискованную у Келлера на другой конец аудитории. Хотя, все это приходило в голову телепатке. Да, акцент на последнем слове. Эмма Фрост была телепатом, с мастерством отточенным до идеала. А это было хуже обычной кричащей женщины, которая в истерике кидается в вас посудой.
- Тебе тяжело? – с этими словами, Эмма пустила Скотта в свои мысли. Все те сеансы, в которых она говорила ему вернуться к Джин, наладить отношения, стать прежним лидером Людей Икс, все те чувства, которые она давила в себе, улыбаясь и говоря, как нужно поступить правильно. Ведь та боль, живущая внутри нее, была только ее чувством, неизвестным никому. Практически физическая боль телепата, который пытается «лечить» собственное сознание, загоняя чувства во тьму, в те участки мозга, где они навсегда уснут. Она «научилась» не чувствовать и это было больнее любой физической боли. – Я могу удалить все это из твоего сознания, Скотт. Сможешь жить спокойно и продолжать поступать правильно. Только кто удалит все это из моего сознания? Профессор? Или может твоя жена? Боюсь твоя драгоценная Джин этого не выдержит и кроме Старка, нам придется сражаться с Фениксом 2.0. – отчеканивая каждое слово, шептала Фрост, продолжая проводить Циклопа по закромам своего сознания, а потом вышвырнула его оттуда, причиняя физическую боль. Это могло напомнить ощущение, когда вас толкают под ледяной душ, а потом в пламя, затем снова в холод. Тело не справляется со сменой температуры, ему очень хочется жить, но оно не знает, как бороться за жизнь. Вот на что была похожа телепатическая хирургия, то, что пыталась проделать с собственным сознанием Эмма, теперь вмешивая туда Скотта.
У нее все было не просто. Как пациент, Саммерс поступил правильно. Сначала, ведь после того, как люди поступают правильно, они не возвращаются к тем, от кого сбежали из-за желания поступить правильно. Все это напоминало наркотическую зависимость. Наркоманы тоже клянутся, что завязали и им больше не хочется жить в зависимости от героина. И все, они все равно возвращаются. Ведь только в том состоянии им хорошо.

+1

6

Скотт никогда не отрицал, что тяжело в этой ситуации было не только ему одному, но, разумеется, и представить себе не мог, что Эмма на самом деле чувствует. Дело даже не в неумении поставить себя на место другого человека, а в том, что при всем желании невозможно прочувствовать, как он переживает эту ситуацию внутренне, тем более в случае с Белой Королевой. Она всегда казалась такой сдержанной, уверенной в себе, сильной и волевой женщиной, что Саммерсу тяжело было представить, как кто-то может причинить ей боль, тем более он сам. Не то, чтобы он был о себе такого хорошего мнения, напротив, просто кто он вообще такой, чтобы занимать важное место в жизни такой женщины? Капитан не успел предаться пространным рассуждениям на эту тему, как его сознание наполнил поток совершенно чужих, болезненных чувств и эмоций. Он словно падал в незримую пропасть, слыша обрывки своих слов на их сеансах, отголоски фраз Фрост… Безусловно, он был участником всех этих бесед, этих событий, которые сейчас пронеслись у него перед глазами, но это были вовсе не его воспоминания. Другие акценты, другая точка зрения, он смотрел на происходящее ее глазами и чувствовал то, что чувствовала Эмма. То, что она пыталась в себе заглушить – Скотт чувствовал это внутреннее давление, усталость от бессонных ночей, желание закрыться от него самого, его мыслей. Это было действительно больно. Сейчас Саммерс чувствовал именно физическую боль – сильную мигрень, но казалось, что она намного сильнее, острее, как будто попытка «удалить» ненужные желания и чувства может оставить точно такой же уродливый рубец как и любая настоящая рана. Разница лишь в том, что душевная боль лечится куда сложнее, и лекарств от нее еще не придумали. Циклоп плотно стиснул зубы, сдерживая тяжелый вздох, вновь оказываясь в реальности, в которую его буквально вышвырнули из чужих воспоминаний, и все закончилось также резко и неожиданно, как, собственно, и началось. Скотт открыл глаза, осознав, что держится за дубовую столешницу, да так, что костяшки пальцев побелели. Плечи напряжены, очки опасно съехали с переносицы. Медленно выпрямившись, Саммерс машинально их поправил, стараясь привести дыхание в норму, некоторое время не в силах что-либо произнести.
- Я…я не думал, что ты чувствуешь все это из-за меня, - наконец, выдохнул капитан. То, что ему только что довелось пропустить через себя, по-прежнему не укладывалось в голове. Виски покалывало, и сосредоточиться на беседе стало несколько сложнее. Точнее, на том, в какой форме Циклоп должен говорить то, что он хотел сказать, поэтому его слова в кои-то веке были весьма точным и незамысловатым отражением его мыслей. – Я пришел сюда не для этого. Я не хочу отказываться от этих мыслей. Это неправильно, это причиняет боль, но эти мысли и то, что я испытываю, когда ты рядом… Это по-настоящему. Не потому что я должен, не потому что пытаюсь жить воспоминаниями, - в данный момент Саммерсу было плевать с самой высокой колокольни на Старка, или на силу Феникса, которую Джин, несмотря на все ее слова, так и не научилась полностью контролировать. Наверное, когда он выйдет из этой аудитории, где-то через час-другой, его мысли снова вернуться к Старку, к вопросам оппозиции и плану действий, который у него непременно должен быть, но не сейчас. – Я знаю, что все это неправильно, и что эта ситуация на самом деле не безвыходная, выход здесь есть, и он – всего один. И я знаю, что не должен об этом думать, но знаешь, что? Мне надоело, что в каждом предложении постоянно встречаются эти слова «правильно», «должен», «нужно», - это был не бунт против стереотипов и не кризис среднего возраста. Просто когда-нибудь каждый человек приходит к выводу, что мир не делится на плохое и хорошее, и не всегда получается поступать правильно. Да, они были Людьми Икс, у них была своя миссия, но в такие минуты Скотт Саммерс был обычным мужчиной, которому не чужды слова «желание», «ложь», «измена», а громкое «согласен» вовсе не является залогом счастья, просто на тот момент так было нужно. Да и над Тони Старком не одержать победы, если поступать так, как его когда-то учил Чарльз Ксавье. Пора принимать этот мир таким, какой он есть.

+1


Вы здесь » MARVEL UNIVERSE: Infinity War » Front line #12–21 » you make me wanna die [октябрь, 2015]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC